Продолжение истории: Артём встал. Голос его дрожал, но говорил он ясно:
— Мама, ты всегда будешь моей мамой. Но Лера — не соперница и не чужая. Это моя семья. Я прошу тебя больше не ставить меня перед выбором.
Галина Петровна опустила микрофон. Несколько секунд казалось, что она сейчас развернётся и уйдёт. Потом она посмотрела на сына — и впервые увидела не мальчика, которого можно вернуть одним упрёком, а взрослого человека.
— Я боялась, что потеряю тебя, — тихо сказала она.
— Ты не потеряешь меня, если перестанешь отталкивать Леру, — ответил Артём.
Свекровь повернулась к невестке. Та не улыбалась и не протягивала руки — только ждала.
— Прости, — выговорила Галина Петровна. — Я не умею делить сына.
— Его и не нужно делить, — ответила Лера. — Нужно просто дать ему любить нас обеих.
Это не стало волшебным примирением. Галина Петровна ещё долго училась звонить заранее, не вмешиваться в их решения и не обижаться на каждое «сегодня не получится». Лера тоже не забыла, что произошло, и не притворялась, будто ничего не было.
Но спустя несколько месяцев свекровь впервые сама позвонила им обоим и спросила:
— Вы не хотите приехать на воскресный обед? Если заняты — ничего страшного.
Артём посмотрел на Леру. Она кивнула.
И когда они вошли в материнский дом, Галина Петровна обняла сына, а потом — неловко, но искренне — обняла и невестку.