…достала промокшую, скользкую карточку. Сердце колотилось так, что казалось, слышно каждый удар. Она быстро взглянула на номер телефона и адрес, но почти ничего не было видно из-за наледи.

— Ладно, держись, сейчас всё будет нормально, — почти сама себе говорила она, пытаясь сохранять спокойствие.

Мужчина снова слабо попытался подняться, но глаза его чуть приоткрылись, и она поняла — он совсем ослаб. Снег хрустел под её ногами, а вокруг никого, кроме глухого ветра и редких машин на дороге.

Она наклонилась ближе и обхватила его плечи, стараясь приподнять. Лёгкий стон вырвался у него из груди, но он не сопротивлялся. С трудом они дошли до её машины, которая стояла неподалёку. Она открыла заднюю дверь, аккуратно усадила его на сиденье, обернула пледом из багажника.

— Держись, — повторяла она, садясь за руль. — Скоро будем у врачей.

Он едва шевелил губами, пытаясь что-то сказать, но выдавливал только короткие слова. Она разглядела в его глазах странное сочетание страха и благодарности.

Дорога до ближайшей станции скорой помощи казалась вечной. Каждое движение машины вызывало у него болезненный вздох. Она не отводила от него взгляда, проверяя дыхание, согревая руками.

— Скажи, как тебя зовут? — наконец решилась она спросить.

Он медленно сказал что-то, почти шепотом. Женщина напряглась, пытаясь разобрать: «…Михаил…»

— Михаил, ты справишься. Сейчас всё будет хорошо, — шептала она, но голос дрожал.

Когда они приехали к больнице, медики уже ждали. Она буквально подхватила его на руки, помогая вынести из машины. Он был почти как ледяной человек, и она чувствовала, как всё внутри напряглось от ужаса. Но врачи быстро приняли его, забрали на носилки.

Она стояла в холле, обмахивая руки, сердце всё ещё колотилось, а ноги подкашивались. Её мысли были в панике: «Он живёт? Он выживет?»

Через несколько минут вышел один из врачей:

— Он в стабильном состоянии. Морозное обморожение, переохлаждение… Но если бы вы пришли хотя бы на минуту позже, всё могло закончиться плохо.

Женщина вздохнула, чуть улыбнувшись самой себе.

— Ну вот… а я сначала думала, что это просто пьяный, — пробормотала она с кривой усмешкой, но на душе стало тепло.

Она посмотрела на снежную дорогу, где только что лежал Михаил. Люди, проходившие мимо, даже не заметили беду. А она… она остановилась. И теперь знала точно: иногда нельзя пройти мимо.

Снег продолжал тихо падать, а она, закутавшись в шарф, пошла домой, с лёгким чувством, что сделала что-то по-настоящему важное.