Я протянула руку и спокойно накрыла его пальцы своими.

— Виктор, никто не сказал, что ты декорация. Я просто не хочу сейчас спорить.

Он посмотрел на меня несколько секунд, потом улыбнулся.

— Конечно. Я просто устал.

Тогда я ещё не придала этому значения.

Но спустя пару недель я стала замечать странности.

По утрам меня тошнило. Иногда кружилась голова. Во рту появился металлический привкус, а температура держалась около тридцати восьми. Я списывала всё на вирус и работу.

А потом Хейз начал вести себя странно.

Он перестал заходить в спальню.

Если я ложилась на кровать, он начинал нервничать, скулил и смотрел на подушку.

Я думала, что он просто чувствует мой запах.

Пока однажды утром не заболела настолько сильно, что решила остаться дома.

Когда я попыталась прилечь, Хейз схватил меня за халат и буквально оттащил назад.

— Хейз, ну что с тобой?

Он стоял между мной и кроватью и рычал.

И тогда я увидела, что он смотрит именно на подушку.

После слов Виктора про ревность я ничего не ответила.

Я сняла наволочку, упаковала её и отправила на анализ знакомому специалисту, которому доверяла.

Через два дня он позвонил.

— Елена, тебе лучше приехать.

Я сразу поняла по голосу, что дело серьёзное.

В лаборатории мне показали результаты.

На ткани обнаружили следы токсичного вещества, которое не должно находиться ни в спальне, ни вообще в жилом помещении. Причём концентрация была небольшой, но регулярный контакт мог вызвать симптомы, которые я испытывала: слабость, тошноту, повышение температуры и металлический привкус.

Я молча смотрела на экран.

— Откуда оно взялось? — спросила я.

— Не знаю. Но это не случайное загрязнение. Оно попало на ткань намеренно.

У меня похолодели руки.

Я вспомнила последние три дня.

Виктор несколько раз уезжал вечером.

На вопрос куда он ездит, отвечал:

— По делам.

Однажды я заметила у него в машине коробку, которую раньше не видела.

И вдруг всё сложилось.

Я не стала звонить ему.

Вместо этого позвонила своему адвокату, а затем попросила знакомого следователя помочь разобраться.

Когда Виктор вернулся домой, я сидела на кухне.

Хейз лежал у моих ног.

— Ты уже знаешь? — спросил Виктор.

Я посмотрела на него.

— Что именно?

Он побледнел.

И этого оказалось достаточно.

Позже выяснилось, что Виктор действительно пытался отравить меня постепенно. Он рассчитывал, что я решу, будто заболела, а потом станет ещё хуже.

Зачем?

Деньги.

За несколько месяцев до этого он тайно оформил крупные долги и подделал часть документов, связанных с клиникой. Если бы со мной что-нибудь случилось, он собирался получить контроль над бизнесом и продать его.

Самым страшным было даже не это.

Он жил рядом со мной семь лет.

Спал рядом.

Целовал меня перед уходом на работу.

А человек, которому я доверяла больше всех, спокойно наблюдал, как я день за днём становлюсь слабее.

Виктора арестовали.

Мне потребовалось несколько месяцев, чтобы полностью восстановиться.

А Хейз после этого снова начал спать возле моей кровати.

Каждый вечер он укладывался рядом и клал голову мне на ноги.

Иногда я смотрела на него и думала о том, что было бы, если бы в тот день он не зарычал на подушку.

Я спасала животных всю жизнь.

А в тот день животное спасло меня.

И теперь, когда кто-нибудь спрашивает, почему я так доверяю собакам, я только улыбаюсь.

— Потому что они замечают то, чего человек предпочитает не замечать.