Она понимала: если сейчас сорвётся, Дэниел получит именно то, чего добивался.

Адвокат продолжила зачитывать очередные обвинения. Эмили якобы не умела распоряжаться деньгами, слишком часто меняла работу и «создавала детям нестабильную атмосферу». Всё звучало убедительно, пока судья не подняла руку.

— Я хочу услышать детей.

Дэниел впервые заметно напрягся.

Сначала в зал вошёл старший сын — двенадцатилетний Лукас. Он сел напротив судьи, положив руки на колени. Второй мальчик, восьмилетний Оливер, остался ждать за дверью.

— Лукас, — мягко сказала судья, — ты понимаешь, что можешь говорить со мной честно?

Мальчик кивнул.

— С кем ты хочешь жить?

В зале стало тихо.

Лукас посмотрел на мать. Эмили не произнесла ни слова. Она лишь слегка улыбнулась ему, стараясь показать, что какое бы решение он ни принял, она его не бросит.

Тогда мальчик медленно перевёл взгляд на отца.

— Я знаю, что ты сделал.

У Дэниела исчезла улыбка.

— Лукас, не надо…

Мальчик сунул руку под куртку и достал небольшой чёрный диктофон.

— Я нашёл его в машине.

Адвокат Дэниела резко поднялась.

— Ваша честь, это недопустимо! Мы не знаем, откуда эта запись!

Но судья уже смотрела на Дэниела.

— Что на ней?

Он молчал.

Лукас нажал кнопку.

Из динамика раздался голос Дэниела:

— Если хочешь, чтобы мама уехала и больше не мешала, просто скажи в суде, что тебе страшно с ней. Я куплю тебе всё, что захочешь.

После этих слов в зале повисла тишина.

Эмили закрыла рот ладонью.

Но запись продолжилась.

— А если будешь молчать, она потеряет дом. Понял?

Раздался детский голос Оливера:

— Папа, а почему мы должны врать?

Дэниел резко встал.

— Это вырвано из контекста!

— Сядьте, мистер Картер, — холодно сказала судья.

— Ваша честь, я могу объяснить!

— Вы объясните всё после того, как я закончу слушать запись.

Лукас смотрел прямо перед собой. Было видно, как он старается не заплакать.

— Я не хотел показывать это, — тихо сказал он. — Мама говорила, что нельзя мстить. Но папа хотел забрать нас не потому, что любит. Он хотел наказать её.

Эмили не выдержала. По щекам покатились слёзы.

Судья попросила привести Оливера. Через несколько минут мальчик вошёл в зал и крепко взял мать за руку.

— Я хочу домой, — прошептал он.

После короткого совещания судья объявила временное решение: дети остаются с Эмили, а встречи с Дэниелом приостанавливаются до завершения расследования.

Дэниел сидел неподвижно. Впервые его деньги, костюм и дорогие адвокаты ничего не могли изменить.

Когда заседание закончилось, Эмили вышла вместе с сыновьями под дождь.

— Мам, — спросил Лукас, — мы теперь будем жить вместе?

Она присела перед ним и обняла обоих мальчиков.

— Да. И больше вам никогда не придётся выбирать между нами.

Лукас прижался к ней.

А за их спинами закрылись тяжёлые двери суда.

Эмили не знала, сколько ещё испытаний ждёт их впереди. Но впервые за долгое время она чувствовала не страх.

А надежду.