Марина сидела во главе стола, принимала поздравления и явно наслаждалась собой. Новое платье, бокал в руке, вокруг старые подруги — всё как она любила.
А потом она сказала слишком громко, чтобы это случайно услышали только свои:
— Представляете, Андрей вчера опять «задержался на работе», а Лена до сих пор верит.
За столом стало тише.
Марина усмехнулась и сделала глоток:
— На самом деле мы были в ресторане. Он даже столик у окна взял.
Света смяла салфетку и осторожно спросила:
— А Лена?
— Да приедет, — отмахнулась Марина. — Сказала, подарок покупает. Такая удобная. Ничего не видит у себя под носом.
Ольга посмотрела на неё в упор:
— И что, он правда собирается разводиться?
Марина откинулась на спинку стула и довольно прищурилась:
— Конечно. Говорит, только я его понимаю. А она... она вообще ни о чём не догадывается.
И в этот момент в дверях появилась я.
В чёрном платье, с большой красивой коробкой в руках, перевязанной атласной лентой.
За столом сразу повисла тишина.
Марина дёрнулась, но быстро натянула улыбку:
— Лена... Как хорошо, что ты пришла.
Я подошла к столу, поставила коробку прямо перед ней и спокойно сказала:
— С днём рождения. Открой при всех. Там сюрприз.
Она попыталась отшутиться, огляделась на подруг и потянула ленту. Крышка поднялась.
Марина заглянула внутрь.
И в ту же секунду её лицо стало белее скатерти.....Продолжение тут:
Марина заглянула внутрь и сразу побледнела.
Её пальцы дрогнули, крышка чуть не выпала из рук.
Света первой не выдержала:
— Что там?
Марина резко попыталась захлопнуть коробку, но я уже сказала:
— Нет. Раз уж ты любишь говорить при всех, пусть и это будет при всех.
Она посмотрела на меня так, будто только сейчас поняла, что я пришла не поздравлять.
В коробке лежало всё, чем она так гордилась: фотографии, чеки из того самого ресторана и распечатанная переписка, где мой муж писал ей ровно то, чем она сегодня хвасталась за столом.
За столом повисла мёртвая тишина.
Ольга медленно перевела взгляд с коробки на Марину:
— То есть это правда?
Марина открыла рот, но не смогла выдавить ни слова.
Я смотрела только на неё.
— Ты была уверена, что я ничего не знаю, да? — сказала я спокойно. — Тебе мало было того, что ты влезла в мою семью. Тебе ещё хотелось сидеть здесь и унижать меня перед всеми.
— Лена, я могу всё объяснить... — выдавила Марина.
— Не можешь, — перебила я. — Потому что объяснять тут нечего.
Она дёрнулась, будто хотела встать, но так и осталась сидеть, вцепившись в край стола.
И тут за её спиной раздался знакомый мужской голос:
— Объяснять теперь придётся мне.
Андрей стоял в дверях.
Я даже не обернулась. Я знала, что он придёт. Я сама позвонила ему за час до начала и сказала только одну фразу:
— Если хочешь хоть раз в жизни не врать, приезжай и скажи всё при ней.
Марина вскинула голову, и в её глазах впервые появился не гонор, а страх.
Андрей подошёл ближе, посмотрел на коробку, потом на неё и тяжело сказал:
— Я не собирался уходить к тебе. И никогда не собирался. Ты сама придумала себе красивую историю.
Марина вскочила:
— Ты мне другое говорил!
— Я врал, — отрезал он. — Тебе, ей и самому себе.
Она побледнела ещё сильнее, а потом почти шёпотом спросила:
— Тогда зачем всё это было?
Я ответила раньше него:
— Потому что есть люди, которым мало предать. Им ещё нужно почувствовать себя победителями.
Никто за столом уже не смотрел на Марину так, как раньше. Больше не было ни улыбок, ни неловкого смеха, ни попыток её поддержать.
Только тишина.
Я взяла сумку и сказала:
— С днём рождения. Подарок ты заслужила.
И ушла, оставив её сидеть перед открытой коробкой, среди людей, при которых она ещё десять минут назад чувствовала себя хозяйкой положения.
В тот вечер я потеряла и подругу, и мужа.
Но впервые за долгое время перестала чувствовать себя дурой, которую держат за спиной.
А Марина получила не праздник, а тот самый сюрприз, который запомнила, наверное, на всю жизнь.