На свадьбу будущая свекровь пришла в пышном белом платье. Но это еще не весь сюрприз, который она мне устроила Я всегда знала, что Галина Петровна — женщина с характером. Но даже в страшном сне не могла представить, на что она способна. Наша свадьба была назначена на 15 августа.
Я мечтала о нежном, светлом празднике: кремовое платье, белые цветы, романтика. Мы с Сергеем всё тщательно продумали. И вот день свадьбы. Я стояла в комнате невесты, когда подруга выглянула в окно и вдруг замерла: — Ань… ты это серьёзно?
Я подошла. По дорожке к ресторану шла Галина Петровна. В пышном белом платье с кринолином, фатой и диадемой. Настоящее свадебное платье. Только вместо букета у неё в руках был огромный букет красных роз. У меня отвисла челюсть. Когда мы вышли к гостям, все замолчали. Галина Петровна гордо шествовала под руку с моим отцом (который явно был в шоке), улыбаясь как королева. — О боже… — прошептала моя мама.
Серёжа стоял рядом со мной бледный. — Мам… ты что надела? — тихо спросил он. — А что? — она удивлённо подняла брови. — Я же мать жениха. Должна выглядеть достойно. Или я должна была прийти в тряпке? Церемония прошла в напряжённой атмосфере. Все шептались. А Галина Петровна сияла. Но настоящий сюрприз ждал меня позже. Когда пришло время первого танца молодожёнов, ведущий объявил нас. Мы с Серёжей вышли в центр зала. Музыка заиграла. И вдруг Галина Петровна встала из-за стола, подошла к нам и громко, на весь зал, сказала: Сынок, отойди. Сейчас мамочка покажет, как надо танцевать с твоей невестой.
Она отодвинула Сергея и вцепилась мне в руку. Я остолбенела. Музыка продолжала играть, гости замерли с бокалами. Сергей попытался вмешаться, но Галина Петровна уже увлекла меня в танцевальное вращение. — Ты, милая, — прошипела она мне в ухо, пока мы делали круг, — думала, что здесь главная? Ошибаешься.
Свадьбу оплатила я. Ресторан я выбрала. Даже твоё кремовое платье — потому что белое тебе не разрешила. Помнишь? Я вспомнила. За месяц до свадьбы она настояла, чтобы я не надевала белое — «ты же не невинна, дорогая, зачем традицию позорить». Я тогда подумала — ну пусть, лишь бы не ссориться. А она себе белое купила. Самое пышное, какое нашла в городе. Когда танец кончился, я отстранилась. Хотела уйти.
Но Галина Петровна вдруг схватила микрофон у ведущего. — Дорогие гости! — провозгласила она. — У меня ещё один сюрприз. Я долго думала, что подарить молодым. И решила: самое ценное — это семейный бизнес. Шаурмячная на рынке. — Она сделала паузу. — Но только Серёже. Аня, ты уж не обижайся. Всё равно разведётесь через год. Я женщина опытная, сразу вижу. Шаурмячная.
Она подарила сыну шаурмячную. В конверте. При всех. Я посмотрела на Сергея. Он стоял красный как помидор. Но молчал. Гости загудели. Моя мама заплакала. Отец, который всё ещё находился рядом со свекровью после торжественного выхода, растерянно развёл руками. А Галина Петровна села на почётное место, закинула ногу на ногу и громко сказала своей подруге: «Ну что, я же говорила — проучим выскочку». Я ждала, что Сергей заступится. Скажет хоть слово. Он подошёл, взял меня за руку, отвёл в угол и шёпотом произнёс: — Ань, ты же понимаешь, она мать. У неё характер. Но бизнес реально хороший. Может, мы просто… перетерпим? В тот момент я поняла всё. Я не стала устраивать скандал. Не стала вырывать фату с головы Галины Петровны и не вылила вино на её белое платье, как советовали потом подруги. Я спокойно допила бокал, подошла к ведущему, попросила микрофон и сказала: — Дорогие гости. Спасибо, что пришли. Но регистрацию в ЗАГСе мы прошли утром. А значит, я уже законная жена Сергея.
И как законная жена, я забираю мужа и делаю ему подарок. — Я повернулась к Галине Петровне. — Мы улетаем жить в мой город. Я, Сергей и ребёнок, которого я жду. А шаурмячную, Галина Петровна, можете продать. Потому что Серёжа только утром поменял фамилию и прописку. Он теперь официально живёт там, где живу я. И если вы захотите увидеть внука — добро пожаловать в Скопин. Галина Петровна побелела. Потом покраснела. Потом сползла под стол. И её роскошное белое платье испачкалось.
Сергей, кстати, на удивление не сопротивлялся. Дома, когда мы остались вдвоём, он выдохнул и сказал: «Спасибо. Я сам боялся ей перечить всю жизнь». Сейчас мы живём в другом регионе. Свекровь названивает раз в месяц с требованием «вернуть сына». Внука ей пока не показываем. А кремовое платье висит в шкафу — напоминание о том, как я в последний раз хотела быть удобной для других. Белое платье я всё-таки купила. На выписку из роддома. И отправила фото Галине Петровне с подписью: «Спасибо за науку.
Нельзя быть слишком доброй. И белое идёт всем, у кого есть совесть».