Наташа, сестра мужа, позвонила утром когда Миша возился с кубиками на полу.
— Поздравляй меня, — сказала она с явным удовольствием. — Папа расщедрился, скоро куплю машину. А с лечением твоего сына можно и подождать.
Я чуть не выронила телефон.
Деньги которые обещал выделить свёкор Андрей Николаевич на реабилитацию Миши ушли на машину для сестры мужа. Пока он был в командировке свекровь с Наташей всё решили сами.
— Мы с мамой посовещались, — добавила Наташа. — Мне машина нужнее. А лечение не к спеху. Да и вообще — пусть биологический отец платит. Всё, пока!
Я стояла и смотрела на сына. Миша строил башню из кубиков и ничего не знал.
Вечером вернулся Игорь. Я сразу почувствовала запах. Он открыл холодильник, жадно отпил воды из бутылки и уставился в окно.
— Мне звонила твоя сестра, — сказала я.
— И?
— Денег не будет. Как это понимать?
— Мама решила, значит так надо. Наташке нужнее.
— Ты слышишь себя? У нас сын болеет!
Он наконец повернулся ко мне. Взгляд был мутным и злым.
— Мой ли? — процедил он сквозь зубы.
Я не сразу поняла что он сказал.
— Что ты такое говоришь?
— А то и говорю! — он стукнул кулаком по столу. — Вся семья на ушах стоит! Может хватит из меня дурака делать? Раз ребёнок не мой — пусть настоящий папаша и раскошеливается! Ищи его и тряси с него деньги. А к нам не лезь.
Я смотрела в лицо человека которого любила. И не узнавала его.
— Хорошо, — сказала я тихо.
Он опешил. Наверное ждал слёз и истерики. Но я просто развернулась и пошла в детскую собирать вещи.
Много не взяла. Смена белья, любимый заяц Миши, документы и несколько тысяч рублей — всё что было.
Когда вышла в коридор с сыном на руках Игорь стоял на кухне. Уже немного протрезвел, смотрел растерянно.
— Ты куда?
— К биологическому отцу, — ответила я не глядя на него. — Ты же сам сказал.
— Оля, стой! Я не это имел в виду, это сгоряча…
Но я уже открыла дверь.
Мы стояли на пустынной улице. Холодный весенний ветер пробирал до костей. Миша спал у меня на плече. Я вызвала такси и поехала к единственной подруге Лене — мы знакомы ещё с детского дома.
Лена уложила Мишу спать и выслушала меня. Потом долго молчала сжав губы.
— Подлость. Натуральная подлость. И Игорь твой хорош — что мать с сестрой сказали то и повторяет.
— Он не такой. Он просто устал.
— Оль. Это подлость.
Прошла неделя. Я устроилась уборщицей в офисный центр рядом с домом Лены. Игорь звонил каждый день — сначала требовал вернуться, потом умолял. Я читала его сообщения и стирала. Не чувствовала ни злости ни жалости. Только пустоту.
Однажды вечером телефон снова завибрировал. Незнакомый номер.
Я почти не взяла трубку. Но что-то остановило.
— Оля? — услышала я мужской голос с лёгкой хрипотцой.
Я узнала его сразу. Хотя он не представился.
ПРОДОЛЖЕНИЕ:
Это был свёкор.
— Я вернулся, — сказал Андрей Николаевич. — Игорь сказал что вы уехали. Что случилось? Говори, не бойся.
И я рассказала. Всё. Про звонок сестры мужа, про машину, про слова Игоря, про ту ночь на улице с Мишей на руках. Свёкор долго молчал. Я слышала только его тяжёлое дыхание.
— Адрес, — наконец сказал он твёрдо. — Я приеду.
— Не нужно…
— Адрес, Ольга.
Приехал через час. Не один — с Игорем. Свёкор вошёл первым, высокий, седой, с лицом высеченным из гранита. Игорь топтался за его спиной и смотрел в пол.
— Оля, собери Мишу. Едем домой.
— Я не вернусь туда.
— Ты вернёшься в свой дом. Со всем остальным я лично разберусь.
Он повернулся к сыну.
— Ты усомнился что Миша твой?
Игорь что-то промычал.
— Громче.
— Да, — выдавил Игорь.
— Завтра сдашь тест на отцовство. За мой счёт. Чтобы этот вопрос был закрыт раз и навсегда.
Потом он велел Игорю позвонить сестре на громкую связь. Наташа взяла трубку весело, спрашивала помирился ли Игорь с женой. Когда услышала голос отца — осеклась.
— Завтра машина выставляется на продажу, — сказал Андрей Николаевич ледяным тоном. — Всё до копейки вернёшь. Квартиру я больше не оплачиваю. Можешь возвращаться к матери — вы с ней такие умные решения принимаете вместе.
— Папа, это же подарок! — взвизгнула Наташа.
— Я эти деньги собирался потратить на лечение внука. Разговор окончен.
Дома свёкор сказал Игорю всё что думал. Что позволил матери и сестре загрязнить ему мозг. Что предал жену которая ему доверилась. Что честно говоря на моём месте не простил бы. Но что Игорь будет вымаливать прощение каждый день — не словами а делами.
Потом вышел и тихо закрыл за собой дверь.
Тест Игорь сдал. Принёс запечатанный конверт. Я не стала его открывать.
— Я и так всё знаю, — сказала я и убрала конверт в ящик комода.
Игорь с облегчением выдохнул.
Наташа продала машину. Денег хватило на первый курс реабилитации для Миши. Свекровь приехала один раз — сидела тихо, говорила про погоду и цены, так и не извинилась. Перед уходом молча сунула Мише плюшевого медведя и ушла.
Миша медведя принял.
Я пока нет.
Но мы справляемся.