— Надень хоть парео, а то люди пугают своими формами, — лениво протянул Виталик, переворачиваясь на животе и смахивая песок в мою сторону. — Серьезно, мам, в таком возрасте еще и раздельный купальник?

Даша, не отрываясь от телефона, лишь молча смотрела ему в поддержку. Я спокойно поправила лямку лифа и вспомнила утреннее отражение в зеркале: для своих пятидесяти двух я вела себя вполне уверенно. Три тренировки на неделе не прошли даром.

— И что именно тебя смущает? — спросила я ледяным тоном, нанесла крем от загара и будто не заметила его издевки.

 
Виталик хмыкнул с неприятной самоуверенностью. Он явно наслаждался тем, что рядом много людей и можно играть на улице.

Весь этот отпуск я оплатила сама: перелет, отель, еда, коктейли — все до последних мелочей. А он, как обычно, уже три года «искал себя», лежал на диване и размышлял о том, как ему втиснуться в домашнюю рутину. Пока Даша работала на двух работах, он предпочитал читать важные разговоры о судьбе и отдыхе за чужой счет.

Виталик особенно любил говорить громко, когда вокруг были зрители. Тот, кто так выглядел, казался остроумным и уверенным в себе.
— Виталь, может, ты сходишь за водой? — тихо спросила дочь.

 
— Да сейчас, жарко же. Пусть лучше мама прогуляется, ей будет полезно, — отнулся он.

Я медленно поддался. На пляже было шумно: дети смеялись, чайки кричали, продавцы угощений перекликались между собой. Самое подходящее место для небольших развязок, решил я.

— Даш, ну скажи ей, стыдно же! — продолжал зять уже громче, видимо рассчитывая на внимание окружающих. — Все смотрят!

 
он любил приукрашивать себя на глазах в публике;
я давно перестала реагировать на его манипуляции;
дочь пока молчала, но явно чувствовала себя неловко.
Я снял легкую накидку и остался в ярком бирюзовом бикини. Виталик даже приподнялся на локте, чтобы его очередная шутка звучала как можно громче.

— Фу, старуха в мини! — выкрикнул он на всем пляже.

А потом я вернулся к нему спиной.

 
И в ту же секунду его смех оборвался. Он резко соскользнул с лежака и глухим стуком рухнул в песок, нелепо размахивая руками.

Он упал не из-за неловкости. Его повергло в шок то, что красовалось у меня на спине.

Накануне вечера я зашёл в салон на набережной, где мастер Никита полчаса аккуратно нанёс стойкую краску по трафарету. Он смеялся до слез и даже не взял денег, заявив, что такое зрелище ему запомнится.

 
Черными крупными буквами у меня на спине было написано:  «ВИТАЛИК, ТВОЯ ЛЮБОВНИЦА СВЕТА ЖДЕТ ОПЛАТУ ЗА САУНУ. ТЕЩА ВСЕ ЗНАЕТ» .

Ниже, помельче, значилось:  «PS ДЕНЬГИ НА ОТПУСК Я ЗАБЛОКИРОВАЛА» .

На пляже повисла пауза, а потом кто-то не выдержал и прыснул со смеху. За ним рассмеялись и другие отдыхающие.
— Мам? — голос Даши дрогнул.

 
Я вернулся обратно к ним и к ожившей публике. Виталик пытался встать, цепляясь за полотенце, но только запутывался сильнее. На его лице проступили пятна растерянности.

— Это шутка? — прохрипел он, отплеваясь от песка. — Да ты просто перегрелась!

Даша посмотрела на меня, потом — на мужа. И в ее взгляде впервые появилось не смятение, а странное спокойствие, словно с плеча свалился тяжелый груз.

 
— Света? — спросила она буднично. — Это та самая, которую ты называл «менеджером по логистике»?

Виталик побледнел.

— Даш, да это чушь, какой-то бред, монтаж! — затараторил он.

 
Я только усмехнулась. Его телефон давно синхронизировался с планшетом, который он бросил дома. Конспиратор он оказался не слишком талантливым.

Публика уже не скрывала улыбок. Один мужчина даже крикнул: — Браво! — и поднял банку с напитком, приветствуя выступление.

Даша подошла ко мне и взяла парео. Но вместо того, чтобы прикрыть меня, она жестко скрутила его в жгут.

 
— Ты правда заблокировала карту? — спросила она.

— Да. И его обратные билеты тоже отключены, — ответил я.

Виталик наконец растерялся.

 
— Ты что, серьезно? У меня же теперь ни копейки!

— Зато у тебя есть Света, — спокойно сказала я. — Пусть она и купит билет. Раз уж она у вас по части логистики.

Даша внезапно рассмеялась — не зло, а легко, почти расслабляюще. Потом она резко хлопнула зятя скрученным парео по ногам.

— Уходи отсюда. Немедленно.

— Даш, ты что?

— Вон! — ее голос прозвучал так жестко, что даже чайки замолчали на миг. — В номер не возвращайся. Вещи заберешь у администратора.

Виталик огляделся, надеясь на чью-то поддержку, но весь пляж был явно на стороне «старухи в бикини». Он вскочил, схватил шлепки и, прихрамывая, быстро удалился под смех отдыхающих.

Когда все улеглось, я глубоко выдохнула. Спина уже просто горела от солнца, а не от стыда.

— Шрифт хороший, — заметила Даша, разглядывая надпись. — Готический, да?

— Очень старался мастер, — улыбнулась я.

— А про Свету ты как узнала?

— Его телефон давно был связан с планшетом, — объяснила я. — Вот и вся секретность.

Мы снова устроились на шезлонгах. По мере постепенного стихания разговоров люди возвращались к своим делам. Только блондинка рядом подмигнула меня и показала большой палец.

— Мам, а крем еще остался? — спросила Даша.

— Конечно.

Я выдавила немного крема на ладонь и начала смазывать ей плечи.

— А с Виталиком, что теперь? — тихо спросила я.

Даша посмотрела на море и улыбнулась.

— Пусть ищет себя дальше. Только теперь за свой счет.

Вечером мы с ней пошли в ресторан отеля, заказали рыбу на гриле и бутылку вина. В номере уже не было Виталика — только одинокий носок под кроватью, напоминал о его развитии.

Когда пришло время из банка о неудачной попытке написания, я только удовлетворенно улыбнулась и заказала нам самого большого десерта. Иногда лучший отдых начинается с того, что ты наконец перестаешь терпеть чужую наглость.

И в тот день мы с Дашей это поняли точно.