…— И только попробуй опять устроить этот спектакль, — добавил он уже тише, но так, чтобы я услышала.
Я кивнула, потому что в этом доме любое слово могло стать поводом. Даже вздох.
Сковорода была тяжёлая, руки дрожали, когда я разбивала яйца. Желток растёкся, и золовка тихо хмыкнула, не отрывая камеры.
— Ой, неудача, — протянула она. — Надо выложить, пусть люди посмотрят, как у нас «бедная беременная» живёт.
Я замерла. Не из-за слов — из-за того, как спокойно это было сказано. Как будто я не человек, а какой-то смешной контент.
И вот в этот момент внутри что-то щёлкнуло. Не громко, без истерики. Просто как выключатель.
Потому что я уже знала: сообщение ушло.
Я отправила его ночью, когда снова не могла уснуть от боли в спине и от страха. Короткое, сухое, без лишних эмоций. С адресом. С парой фотографий синяков, которые старательно прятала под одеждой. С видео, где было слышно, как он орёт.
Я долго смотрела на кнопку «отправить». Минут десять, наверное. А потом нажала. И сразу стало тихо внутри. Как будто я наконец перестала держать дыхание.
— Ты чего застыла? — голос свекрови вернул меня на кухню. — Работай.
Я перевернула яичницу. Края подгорели.
— Руки из одного места, — бросила она.
Я поставила сковороду на стол. Медленно. Аккуратно. Чтобы не уронить.
— Я сейчас, — сказала я и повернулась к выходу.
— Куда? — резко спросил муж.
— В туалет.
Он недовольно скривился, но махнул рукой.
Я закрыла за собой дверь и прислонилась к ней спиной. Сердце билось так, будто я бежала. Телефон лежал в кармане халата. Я достала его, посмотрела на экран.
Непрочитанных сообщений не было. Но было кое-что другое.
Три пропущенных звонка с незнакомого номера.
И новое сообщение:
«Мы выехали. Будьте готовы открыть дверь.»
Я перечитала ещё раз. Пальцы похолодели.
Не страх. Уже нет.
Снаружи послышался голос свекрови:
— Она там что, уснула?
И сразу следом — шаги. Тяжёлые, быстрые. Его.
— Выходи давай, — удар по двери. — Хватит прятаться.
Я закрыла глаза на секунду. Провела ладонью по животу.
— Всё будет нормально, — прошептала я, не знаю даже кому — себе или ребёнку.
И в этот момент в дверь квартиры позвонили.
Громко. Настойчиво. Не так, как звонят гости.
В коридоре повисла пауза. Даже шаги остановились.
— Ты кого-то ждёшь? — напряжённо спросил муж.
Я открыла глаза и впервые за долгое время позволила себе улыбнуться. Лёгкой, почти незаметной улыбкой.
— Нет, — сказала я тихо.
Звонок повторился. Дольше.
Свёкор поднялся со стула. Послышался скрип пола.
— Я открою, — пробормотал он.
Я вышла из ванной в тот момент, когда дверь в квартиру уже открывалась.
И впервые за всё это время мне не хотелось сжаться. Не хотелось исчезнуть.
Потому что теперь в этом доме я больше не была удобной мишенью.
Теперь я была человеком, который нажал «отправить».
