…Майкл не дал ей договорить. Он автоматически обнял сына, прижал к себе и почувствовал, как тот цепляется за него, будто боялся, что его сейчас снова оторвут.

— Всё, всё, я здесь, — тихо сказал он Лиаму, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Ванесса выпрямилась, поправила волосы и сделала шаг назад, словно ничего не произошло. Словно утюг, лежащий на полу, был просто случайной деталью интерьера.

— Ты всё неправильно понял, — начала она уже спокойнее. — Он сам… он капризничал. Я просто пыталась его… дисциплинировать.

Майкл медленно перевёл взгляд с неё на утюг, потом обратно. Внутри у него всё сжалось, но внешне он стал пугающе собранным.

— Подними рубашку, — коротко сказал он, глядя на Ванессу.

Она нахмурилась.

— Что?

— Я сказал: подними рубашку Лиама.

Пауза. Лиам сильнее прижался к отцу.

Ванесса усмехнулась, но в этой усмешке уже не было уверенности. Она сделала ещё шаг назад.

— Ты правда собираешься устраивать допрос из-за…

— Сейчас, — перебил Майкл.

Тишина стала тяжёлой. В конце концов, Ванесса резко выдохнула и резко потянулась к мальчику.

— Не трогай его! — Майкл отстранил её руку.

Он аккуратно приподнял рубашку сына сам. И увидел всё. Не «случайность». Не «один раз». Слишком много следов. Разного времени. Разной степени заживления. Его дыхание на мгновение сбилось.

— Сколько раз? — спросил он тихо, не отрывая взгляда от ожогов.

Ванесса отвела глаза.

— Ты не понимаешь, как тяжело с ним… он…

— Сколько? — повторил Майкл уже жёстче.

Она молчала.

И в этом молчании был ответ.

Майкл медленно опустил рубашку Лиама и взял его на руки. Тот сразу обхватил его шею, уткнулся лицом в плечо и впервые за долгое время перестал дрожать.

— Собирайся, — сказал Майкл ровно. — Ты уходишь.

— Ты не можешь просто… — начала она, но он уже достал телефон.

— Я могу и уже делаю.

Он набрал номер. Его голос был спокойным, почти деловым, когда он говорил в трубку, называя адрес и коротко объясняя ситуацию.

Ванесса стояла, не двигаясь. В её взгляде мелькнуло что-то похожее на страх — не перед ним, а перед тем, что происходило.

— Майкл… подожди… мы можем всё обсудить… это недоразумение…

Он даже не посмотрел на неё.

Через несколько минут в доме стало шумно: шаги, голоса, дверь открылась шире. Всё происходило быстро и чётко. Лиама аккуратно передали специалистам, потом начали задавать вопросы.

Майкл отвечал, не отпуская сына из виду до последнего момента.

Когда дверь за Ванессой закрылась, в доме стало непривычно тихо.

Лиам уже сидел рядом, укрытый пледом, с бутылкой воды в руках. Он молчал.

Майкл сел рядом и впервые за этот вечер позволил себе выдохнуть.

— Ты больше не вернёшься туда, где тебе больно, — тихо сказал он.

Лиам не ответил сразу. Потом чуть кивнул и прошептал:

— Ты правда останешься?

Майкл посмотрел на него.

— Да. Теперь — всегда.