— А ты не заслужила! — громко рассмеялся Игорь и прямо у меня из рук выхватил шампур с последним сочным куском шашлыка.

За столом раздался дружный смех.

Его брат хлопнул себя по колену.

Свекровь довольно улыбнулась.

Даже дети родственников захихикали, не понимая, почему взрослым так весело.

Только я стояла с пустой тарелкой и не могла поверить, что это происходит со мной.

Весь этот праздник был организован моими руками.

С самого утра я мариновала мясо, нарезала овощи, готовила закуски, пекла пироги, накрывала стол в нашем загородном доме. Пока остальные отдыхали, смеялись и пили прохладительные напитки, я бегала между кухней и мангалом.

Игорь же только стоял возле углей с важным видом, словно именно он приготовил этот шашлык.

— Мужчина жарит мясо! — гордо повторял он всем гостям.

Никто не вспоминал, кто сутки назад разделывал мясо, готовил маринад и покупал продукты почти на половину своей зарплаты.

Когда последний шампур был готов, я наконец решила взять себе кусочек.

Первый за весь день.

Но Игорь ловко выдернул шампур из моих рук.

— Не заслужила!

Все снова рассмеялись.

Я посмотрела на мужа.

— Это должно быть смешно?

— Конечно.

— Объясни.

— Женщина сначала гостей кормит.

— Я уже два часа кормлю гостей.

— Ну и что?

— А сама я когда поем?

Он пожал плечами.

— Потом.

Его мать тут же поддержала сына.

— Настоящая хозяйка сначала думает о других.

Я спокойно посмотрела на неё.

— А настоящие гости хоть иногда говорят хозяйке спасибо.

Улыбка на её лице слегка померкла.

— Мы же семья.

Это слово в последнее время звучало слишком часто.

Семья.

Именно под этим словом скрывались бесконечные требования.

«Ты же семья — приготовь».

«Ты же семья — заплати».

«Ты же семья — потерпи».

Но почему-то никто никогда не говорил этого Игорю.

 
Когда гости снова увлеклись разговорами, я незаметно ушла в дом.

Открыла холодильник.

Там стоял небольшой контейнер с овощным салатом, который я приготовила для себя ещё утром.

Я взяла вилку и наконец села за кухонный стол.

Первый раз за весь день.

Не успела съесть и двух ложек, как дверь распахнулась.

На пороге появилась свекровь.

— Ты что здесь сидишь?

— Обедаю.

— Гости там.

— Я знаю.

— Надо чай поставить.

— Поставьте.

Она удивлённо подняла брови.

— Что?

— Чайник стоит на кухне.

— Но хозяйка должна…

— Сегодня хозяйка уже восемь часов на ногах.

Свекровь недовольно поджала губы.

— Совсем мужем перестала дорожить.

Я медленно положила вилку.

— А он мной дорожит?

Она промолчала.

Через минуту на кухню вошёл Игорь.

— Ты чего убежала?

— Есть захотела.

Он усмехнулся.

— Нашла время.

— Именно сейчас у меня впервые появилось время.

— Гости ждут чай.

— Пусть подождут пять минут.

— Ты серьёзно?

— Абсолютно.

Он подошёл ближе.

— Не устраивай сцен.

— Сцену устроил ты.

— Господи, да это была шутка!

— Хорошая шутка смешна всем.

Он нахмурился.

— Не начинай.

Я спокойно посмотрела ему в глаза.

— Ответь честно.

— Что?

— Если бы я при всех вырвала у тебя тарелку и сказала: «Ты не заслужил», тебе было бы смешно?

Он молчал.

— Вот и мне не смешно.

 
Вечером, когда гости начали расходиться, соседка Валентина Ивановна, помогавшая убрать посуду, тихо сказала:

— Девочка, можно вопрос?

— Конечно.

— Он всегда так?

Я невольно улыбнулась.

— Уже давно.

— А ты почему терпишь?

Этот простой вопрос неожиданно больно кольнул сердце.

Почему?

Потому что привыкла?

Потому что надеялась, что изменится?

Потому что каждый раз убеждала себя: «Это мелочь»?

Но разве унижение может быть мелочью?

Именно тогда я впервые подумала, что дело вовсе не в шашлыке.

Дело в том, что человек, который любит, никогда не станет унижать любимого ради чужого смеха.

И эта мысль уже не покидала меня до самого вечера…