ПРОДОЛЖЕНИЕ ИСТОРИИ:

Да, это тоже дыра. Лучше вообще убрать Любовь Ивановну из ночной сцены и оставить только Анну с девочкой. Вот нормальное продолжение:

Я сразу втолкнула Ксюшу к себе за спину и снова посмотрела на приоткрытую дверь квартиры напротив.

— Ксюша, стой здесь. Не заходи, слышишь?

Она дрожала так сильно, что даже не могла ответить. Только вцепилась в мой халат и зажмурилась.

Я достала телефон, на ходу набрала 112 и, не отключаясь, пошла к открытой двери.

— У ребёнка кровь, — быстро сказала я. — Соседняя квартира, мужчина, возможно, ранен или мёртв. Адрес...

Оператор что-то уточнял, а я уже толкнула дверь шире и вошла в прихожую.

Внутри было тихо. Не просто тихо — мёртво. Свет в коридоре горел. На полу валялся детский тапок, у стены лежала опрокинутая табуретка, а по светлой плитке тянулись тёмные пятна.

— Роман! — крикнула я. — Вы меня слышите?

Ответа не было.

Я сделала ещё несколько шагов и заглянула на кухню.

И вот тогда меня вывернуло наизнанку.

Роман Бельский лежал на полу в огромной луже крови. Рядом валялись осколки стакана, нож и перевёрнутый стул. Кровь была на плитке, на дверце шкафа, даже на детском рисунке, который съехал со стола.

Я согнулась пополам прямо в коридоре, зажимая рот рукой. В трубке оператор всё ещё что-то говорил, но я почти не слышала.

— Мужчина на полу... очень много крови... быстрее...

Только через несколько секунд я заставила себя снова поднять голову. Главное было понять одно: он жив или нет. Но подойти ближе я не смогла. И в этот момент из моей квартиры донёсся тонкий детский плач.

Я выскочила обратно.

Ксюша сидела на полу у стены, белая как мел.

— Он... там? — прошептала она.

Я опустилась перед ней на колени и крепко взяла её за руки.

— Не смотри туда. Скоро приедут врачи. Ты меня поняла? Не смотри.

Она закивала и вдруг расплакалась в голос.

— Я думала, он встанет... Я думала, он сейчас пойдёт за мной...

Вот от этой фразы мне стало по-настоящему страшно. Даже не от крови на кухне. А от того, что для этой маленькой девочки было совершенно нормально ждать, что отец встанет и снова погонится за ней.

Скорая и полиция приехали быстро. Врачи сразу забрали Ксюшу, а один из полицейских прошёл в квартиру Бельского. Через минуту он вышел и коротко сказал:

— Мужчина мёртв.

Меня трясло так, что я едва держалась на ногах. Но самое тяжёлое ждало уже в больнице. Когда Ксюшу осматривали, она всё повторяла одну и ту же фразу:

— Я не хотела туда возвращаться... Я боялась, что он снова закричит...

Позже выяснилось, что Роман был пьян. Что именно произошло в последние минуты, никто уже точно не восстановил. Была очередная вспышка ярости, крики, кровь, паника. Ксюша выскочила из квартиры и прибежала ко мне, потому что больше идти ей было некуда.

Через несколько дней нашлась тётя по линии матери и забрала девочку к себе.

Перед отъездом Ксюша тихо постучала в мою дверь, уже днём, с тем самым плюшевым зайцем в руках.

— Тётя Аня...

— Что, милая?

Она посмотрела на меня своими огромными серьёзными глазами и сказала:

— Спасибо, что открыли.

И тогда я поняла: иногда спасти человека — это не героизм. Иногда это просто не сделать вид, что ты ничего не слышишь.