Врачи сказали мне, что я жду семерых… но в родильном зале произошло нечто такое, что повергло всех в шок 
Я только мечтала стать матерью. После обычного осмотра врач долго смотрел на экран, а затем сказал:
«Мы видим семь плодов».
«Семь».
С этого момента моя жизнь изменилась навсегда. Люди восхищались мной, волновались за меня и задавали вопросы. И каждую ночь я слушала движения своих малышей и молилась, чтобы они родились живыми.
Беременность была сложной. Как только начались первые схватки, меня отвезли в больницу. В родильном зале все готовились к рождению семи новорожденных.
Раздался первый крик.
Потом второй, третий, четвертый…
Пятый.
Шестой.
Седьмой.
Коллективный вздох облегчения прокатился по толпе.
«Семь», — сказал кто-то.
Я думала, что всё кончено, что мои дети в безопасности.
Но тут один из врачей вдруг сказал:
«Подождите…»
Это единственное слово повергло всех в комнате в шок.
Продолжение в комментариях 
Я открыла глаза.
«Что случилось?» — прошептала я.
Никто не ответил.
Через несколько секунд в родильном зале послышался ещё один крик.
Восьмой крик.
Я не могла понять, как это возможно. Все насчитали семь. Все были готовы к семи.
Одна из медсестёр в шоке посмотрела на врача.
«Это восьмой…»
Но на этом всё не закончилось.
Затем раздался крик, который я никогда не забуду.
Самый тихий.
Самый слабый.
Самый неожиданный.
Девятый крик.
В тот момент казалось, что никто в родильном зале не дышит. Врачи замерли на секунду, а затем снова начали двигаться — быстрее, серьёзнее, настойчивее.
Я услышала, как кто-то прошептал:
«Их девять…»
Девять.
Во мне было девять младенцев.
Девять сердец.
Девять вдохов.
Девять жизней, две из которых никто не ожидал.
Но материнская радость длилась недолго. Детей забрали у меня тут же. Так быстро. У меня не было времени подержать ни одного из них. У меня не было времени увидеть их лица. У меня не было времени прошептать: «Я твоя мать».
Я слышала только голоса врачей.
«Проверьте дыхание».
«Интенсивная терапия, быстро».
«Этот очень маленький».
«Осторожно».
Я попыталась встать, но у меня не было сил.
«Пожалуйста… скажите мне… они живы?»
Медсестра подошла ко мне ближе. Глаза у неё были влажные. Она не улыбнулась. Она не произнесла слов, которые хочет услышать каждая мать. Она сказала только:
«Они борются».
Эти два слова стали для меня всем миром.
Они борются.
Последующие дни я не жила — я ждала.
Каждый шаг в больничных коридорах был полон страха. Каждая открывающаяся дверь могла принести хорошие или плохие новости. Мои дети находились в маленьких стеклянных инкубаторах. Их тела были такими крошечными, что я боялась смотреть на них слишком долго. Провода, аппараты, звуки, заботливые руки врачей…
Я стала матерью, но я не могла держать своих детей на руках.
Это было самое жестокое чувство.
Однажды мне разрешили подойти к одному из них. К самому маленькому. К девятому. К тому малышу, которого никто не видел на экране, но который решил родиться и заявить о себе.
Я подошла к нему ближе. Глаза у него были закрыты. Ручки такие маленькие. Он выглядел как крошечная птичка, которая ещё не знает, умеет ли летать.
Я поднесла палец к его руке.
Он не двигался.
У меня остановилось сердце.
«Почему он не двигается?» — тихо спросила я.
Врач молчал.
Я начала дрожать.
И в тот самый момент его крошечные пальчики едва сжали мои.
Это было так слабо, что кто-то другой мог этого и не почувствовать.
Но мать это чувствует.
Я это почувствовала.
И в тот момент я поняла: он хотел жить.
Я плакала так, как никогда раньше.
С того дня я перестала спрашивать, почему это случилось со мной. Я начала спрашивать, что я должна сделать, чтобы они жили.