Она стояла под дверью с пакетом документов и взглядом, в котором было больше возмущения, чем просьбы. Я сразу поняла, зачем она пришла.

— Нам нужно поговорить, — сказала она, едва я открыла.

Я молча впустила её в коридор. Сын смотрел мультики в комнате, муж был на работе. Я знала, что разговор будет неприятным.

Три года я оплачивала её коммунальные счета. Сначала это было «временно», потому что она потеряла подработку. Потом — «пока найду что-то другое». Со временем это стало просто привычкой. Каждый месяц я переводила деньги, урезая наш бюджет.

— Почему ты не заплатила за свет? — она разложила квитанции на столе. — Мне уже угрожают отключением.

— Я больше не буду платить, — спокойно сказала я.

Она замерла.

— Это шутка?

— Нет.

Муж знал о моём решении. Мы долго это обсуждали. Он согласился, но попросил не устраивать скандал.

— Я его мать, — сказала она, повышая голос. — Это ваш долг.

— Я его жена, — ответила я. — И мой долг — перед своим ребёнком.

Она села на стул, будто ей стало плохо.

— Я всю жизнь отдала сыну, — начала она. — А теперь ты отбираешь у меня последнее.

Я смотрела на неё и старалась не чувствовать вину. Я помнила, как мы откладывали на кружки для сына, как отказывали себе в мелочах. И как она покупала новый телевизор, пока мы считали копейки.

— У вас есть пенсия, — сказала я тише. — И вы можете сдать комнату.

— Я не буду жить с чужими людьми!

— А я не буду жить в постоянном страхе, что нам не хватит.

Она резко встала.

— Ты настраиваешь моего сына против меня.

— Нет. Я просто ставлю границы.

Она подошла ближе.

— Если ты не заплатишь, я скажу ему, что из-за тебя мне отключат свет.

В груди что-то сжалось. Это был удар ниже пояса.

— Скажите, — ответила я после паузы. — Но скажите и правду: что три года я платила вместо вас.

Она смотрела на меня долго, будто впервые видела.

— Ты изменилась, — сказала наконец.

— Да, — кивнула я.

Она собрала счета и ушла, хлопнув дверью.

Вечером муж вернулся молчаливый.

— Мама звонила, — сказал он.

— Знаю.

— Она плакала.

Я села рядом с ним.

— А я три года молчала.

Он долго смотрел в пол, потом обнял меня.

Через месяц свекровь сдала комнату студентке. Свет не отключили. Она стала звонить реже, и уже без требований.

Я больше не переводила деньги. И впервые за долгое время наш бюджет перестал быть постоянным источником напряжения.