Уэсли Пратт стоял на крыльце и смотрел на дом, в котором когда-то был счастлив. Скрипучие двери, облупившаяся краска, посаженные кривовато окна — всё это казалось ему почти чужим, хотя он помнил каждый уголок. Его кувалда в руках казалась нелепой, но в тот момент он не думал о логике, думал о том, что когда-то разрушил.

— Уэсли? — услышал он тихий голос Джунипер. Она выглядела измученной, но не сломленной. В глазах была какая-то смесь недоверия и усталой осторожности. За её спиной маленькие девочки — такие милые, такие настороженные, что сердце у него сжалось.

— Я… я чиню, — пробормотал он, словно оправдываясь сам перед собой. Первый удар кувалды по стене дрожал не только в руках, но и в груди. Пыль поднималась клубами, и где-то внутри него всё рушилось заново.

Джунипер вздохнула и, наконец, подошла ближе.
— Чинишь? Или хочешь ещё раз показать, какой ты теперь богатый и важный? — голос дрожал, но она старалась быть смелой.

— Я… я просто хочу понять, — сказал он, опуская кувалду. — Я вернулся не для того, чтобы тебя унизить. Должен был… должен был это сделать давным-давно.

Девочки переглянулись, потом старшая осторожно подошла к нему.
— Папа? — спросила она тихо. И вдруг… именно это слово разорвало что-то внутри Уэсли.

Мать Джунипер, которая пришла к дому после того, как услышала шум, посмотрела на него, не скрывая тревоги:
— Ты что творишь, Уэсли? — сказала она. Но в её глазах не было злости, а только усталость. — Неужели ты думаешь, что этим исправишь всё?

Он замялся. И тут старшая девочка достала из кармана старую фотографию, выцветшую от времени. На ней — мама и он, совсем молодые, с улыбками, которые казались уже недостижимыми.
— Мы всегда знали… — сказала она, — что ты когда-нибудь вернёшься. Мы просто ждали.

Слезы навернулись на глаза Джунипер. Она смотрела на девочек, потом на Уэсли, и в её взгляде было столько понимания, сколько не бывает в книгах.
— Всё это время… — сказала она тихо, — я держала их, чтобы они были счастливы. Но мы скучали. Мы ждали тебя.

Уэсли опустил кувалду на землю и обнял девочек. Они прижались к нему, а Джунипер стояла рядом, не вмешиваясь, но с тихой улыбкой. Его успех, деньги, костюмы — всё это больше не имело значения.

Он думал, что вернулся разрушить прошлое. На деле же, он вернулся, чтобы собрать куски. И, может быть, впервые за двенадцать лет, почувствовал, что любовь можно поднять из руин.

Дом был старым, стены треснули, крыша провисла, но внутри была жизнь. Настоящая жизнь, и он готов был строить её заново.