Я услышала, как дверь тихо захлопнулась, и сразу же услышала, как его шаги удаляются. Сердце колотилось так, что казалось, сейчас его услышит весь дом. Эван лежал рядом, тихо всхлипывая. Я наклонилась к нему, шепотом:

— Мама здесь. Все будет хорошо.

Он посмотрел на меня огромными испуганными глазами и крепче сжал мою руку. Я понимала, что у нас есть буквально минуты. Я выждала, чтобы убедиться, что Джулиан не возвращается, и медленно повернулась к телефону, лежавшему на столе. Он был экраном вниз, но вибрация не прекращалась — он ждал ответа, которого я не могла видеть.

Эван тихо дышал рядом. Я подумала о том, что нам нужно было действовать быстро. Я вспомнила старую лестницу на балконе, которая вела на пожарный выход на соседнюю улицу. Там мы могли спрятаться, пока не придёт помощь. Но сначала нужно было убедиться, что он точно ушёл.

Я скользнула к двери и прислушалась. Тишина. Сколько прошло времени? Пять минут? Десять? Секундная нерешительность могла стоить нам жизни. Я повернулась к Эвану:

— Давай тихо, — сказала я. — Я веду тебя за руку.

Он кивнул, и мы медленно двинулись к балкону. Каждое движение казалось вечностью: я прислушивалась к каждому звуку, к каждому скрипу пола. Сердце стучало так, что казалось, его услышит любой. Я открыла окно и проверила, нет ли у Джулиана глаз на нас. Ни души. Воздух был холодный, ночь густо пахла смолой и мокрой землёй.

Мы спустились по лестнице. Эван шептал:

— Мама… он не поймает нас?

Я обняла его покрепче:

— Нет, мы будем быстрыми. Мы уже почти в безопасности.

На улице мы остановились на мгновение, прячась в тени старой яблони у забора. Я смотрела на дом и пыталась осознать, что Джулиан там, а мы — здесь, в темноте, живые. Я достала телефон и набрала номер ближайшего друга. Каждое движение пальцев было как проверка собственной реальности: да, мы настоящие, и да, мы всё ещё можем дышать.

— Алло… это я, — сказала я тихо, почти шёпотом. — Нам нужна помощь. Срочно.

Эван прижался ко мне, а я поняла, что он дрожит. Я гладила его по спине, ощущая, как его маленькое тело трепещет от страха, но внутри росла надежда. Мы выжили. На этот раз.

Я посмотрела на дом ещё раз. Джулиан мог прийти, мог найти нас. Но сейчас мы были вне его досягаемости. И впервые за этот ужасный вечер мне позволили чуть-чуть выдохнуть. Я знала, что это только начало, но мы сделали первый шаг к тому, чтобы быть свободными.

Эван посмотрел на меня и сказал:

— Мама… мы сможем быть в безопасности?

Я улыбнулась сквозь усталость и страх:

— Да, Эван. Мы сможем.

И мы шли по темной улице, держась за руки, медленно оставляя за собой дом, где ещё недавно царил ужас.