Дмитрий Ларин купил дом в умирающей деревне под Рязанью почти не раздумывая. Два гектара земли, крепкий сруб, тишина — в 54 года ему казалось, что именно это и нужно для новой жизни. Город надоел, дело он продал, с женой развёлся, дети выросли. Хотел только одного — покоя.

Цена была смешная — 800 тысяч. Дом стоял на отшибе: старая крыша, гнилое крыльцо, внутри пыль и паутина, но стены были крепкие. Во дворе — баня, сарай и старый колодец. Дмитрий тогда ещё сдвинул крышку и заглянул вниз. Там была одна чёрная пустота.

— Сухой, — сказал продавец. — Давно уже. Дед ещё жаловался.

— А восстановить можно?

— Кто его знает. Может, проще скважину.

В мае Дмитрий переехал и нанял бригаду. За месяц дом привели в порядок, оставалась только вода. Скважина стоила дорого, и он решил сначала попробовать почистить колодец.

На следующее утро приехал бригадир Витя с двумя рабочими. Вниз полез самый молодой — Санёк. Дмитрий и Витя держали верёвку и смотрели в чёрный провал.

Снизу донеслось:

— Глубоко тут... метров двенадцать...

Потом ещё тише:

— Дно рядом...

И вдруг — тишина.

Витя сразу напрягся.

— Санёк!

Никто не ответил.

— Санёк, что там?

И только через пару секунд снизу донёсся чужой, сорванный голос:

— Тяните! Быстро тяните меня наверх!

Его выдернули почти сразу. Когда Санёк выбрался наружу, Дмитрий отшатнулся. Парень был белый как мел, губы тряслись, глаза стеклянные. Он даже говорить не смог — согнулся у кустов, и его вырвало.

Витя молча выхватил фонарь, сам наклонился над колодцем и долго смотрел вниз.

Потом медленно выпрямился.

Лицо у него стало таким же белым.

— Хозяин... — сказал он тихо. — Звони в полицию.

— Что там?

Витя перевёл на него взгляд и ответил так, что у Дмитрия внутри всё оборвалось:

— Лучше тебе самому это не видеть….Продолжение тут:

Дмитрий всё-таки подошёл к колодцу сам.

Сначала он ничего не понял. Просто темнота, мокрые камни, гнилой запах. Потом Витя молча забрал у него фонарь, посветил ниже, и Дмитрий увидел на дне человеческие кости.

Он отшатнулся так резко, что едва не сел на землю.

— Это... человек?..

Витя ничего не ответил. Только крепче сжал фонарь.

Полиция приехала через сорок минут. Следом — следователь и двое местных. Один из них, седой участковый, ещё у калитки как-то странно посмотрел на Дмитрия, будто уже знал, что они найдут.

Колодец быстро оцепили. Одного из сотрудников спустили вниз, потом наверх начали поднимать не только кости, но и остатки истлевшей одежды, старый ремень и проржавевший металлический крестик.

Дмитрий стоял в стороне и чувствовал, как у него подкашиваются ноги. Дом, который ещё вчера казался ему спасением, вдруг стал чужим и тяжёлым.

Через час к двору подошла сухая старуха из соседнего дома. Та самая, которую Дмитрий пару раз видел издалека, но ни разу не разговаривал.

Она посмотрела на колодец, перекрестилась и тихо сказала:

— Значит, всё-таки нашли...

Следователь сразу повернулся к ней.

— Что нашли? Вы знаете, кто это?

Старуха долго молчала, потом села на лавку у забора и выдохнула:

— Хозяин прошлый там лежит. Не дед. Его сын.

Дмитрий даже не сразу понял.

— Подождите... Мне же сказали, дом просто по наследству достался.

Старуха подняла на него глаза.

— А кто бы тебе правду сказал? В деревне тогда шептались, что он пропал. Будто уехал. Только не уехал он никуда. В ту ночь в доме такой крик стоял, что собаки по всей улице выли.

Следователь шагнул ближе.

— Кто ещё жил в доме?

— Отец его. Громов-старший. Жестокий был человек. Все его боялись. А сын хотел продать землю и уехать. Всё ругались они, каждый день ругались.

Дмитрий почувствовал, как по спине пошёл холод.

— А отец где?

Старуха посмотрела прямо на него.

— Помер давно. В этом самом доме. Один. Только перед смертью всё твердил, что сын его по ночам из колодца зовёт.

Во дворе повисла такая тишина, что было слышно только, как внизу капает вода.

Следователь ещё что-то спрашивал старуху, рабочие курили в стороне, а Дмитрий смотрел на свой дом и вдруг понял: вот почему наследник так легко отдал его за бесценок. Он всё знал. Может, не всё до конца, но знал достаточно, чтобы сюда никогда не возвращаться.

Через неделю экспертиза подтвердила: останки пролежали в колодце больше двадцати лет.

Дело, конечно, уже никто не мог раскрыть по-настоящему. Главный подозреваемый давно умер. Свидетелей почти не осталось. Официально всё закончилось сухо: обнаружены человеческие останки, предположительно хозяина дома, пропавшего много лет назад.

Но для Дмитрия это было не «предположительно».

Он выставил дом на продажу в тот же месяц. Даже дешевле, чем купил. Только теперь уже никто не спешил забирать участок с тихой речкой, баней и старым колодцем.

А деревянную крышку на колодец он перед отъездом всё-таки заколотил наглухо.

Потому что в последние ночи перед продажей его будил один и тот же звук.

Будто снизу, из-под земли, кто-то медленно и упрямо стучал в дерево.