Евгений Павлович умел говорить о деньгах как об искусстве. Триста тысяч, стартап, «женская интуиция пригодится». Я слушала и улыбалась. А потом нашла учредительные документы.
Евгений Павлович умел говорить о деньгах так, что это звучало почти как искусство.
За ужином, когда доедали запечённую курицу, он откинулся на спинку стула, покрутил в пальцах салфетку и начал очередную такую историю.
— Тут такое дело, Лена. Я знаю, ты девушка умная. Есть один проект — на стыке логистики и IT. Доходность — назовём это «приятным сюрпризом».
Муж Серёжа уткнулся в телефон. Свекровь Тамара Ивановна молча собирала тарелки — за тридцать лет она так и не поняла, куда уходят их общие сбережения. Но спрашивать боялась.
— Сколько надо? — спросила я.
— Триста тысяч. Для тебя копейки. Я вношу свою долю, Серёжа тоже подумает. Мне важно, чтобы ты вошла отдельно. Женская интуиция в таких вещах лишней не бывает.
Я улыбнулась.
— Дайте подумать до завтра.
Ночью, когда Серёжа спал, я открыла ноутбук.
Евгений Павлович упоминал название стартапа — ООО «ЛогТехПро». Я зашла на сайт налоговой, в открытый реестр.
Нашла.
Учредители: Смирнов Евгений Павлович — сорок процентов. Карпова Диана Вячеславовна — шестьдесят процентов.
Карпова Диана Вячеславовна.
Я сидела и смотрела на экран.
Потом вбила имя в поиск. Нашла страницу в соцсетях — молодая женщина лет тридцати, Санкт-Петербург. На одном из фото, за столиком кафе — Евгений Павлович. Подпись: «с близкими людьми».
Фото двухлетней давности.
Я закрыла ноутбук. Поставила чайник.
Сидела и думала о Тамаре Ивановне, которая за тридцать лет так и не решилась спросить, куда уходят деньги.
И о том, что меня просят вложить триста тысяч в компанию, где соучредитель — любовница свёкра.
Утром я разбудила Серёжу раньше обычного.
— Нам нужно поговорить. До того, как ты увидишь отца.
Он сел на кровати. Смотрел на меня.
Я показала ему всё — распечатку из реестра, страницу в соцсетях.
Серёжа смотрел долго. Потом взял телефон. Набрал отца.
— Па, ты можешь приехать? Да, сейчас. Да, это важно.
Евгений Павлович приехал через час — в хорошем настроении, с какой-то бутылкой вина. Думал, видимо, что мы согласились.
Серёжа положил распечатку на стол.
— Кто такая Карпова Диана Вячеславовна?
Отец смотрел на бумагу. Что-то в его лице изменилось — медленно, как меняется у людей, когда понимают, что игра закончена.
— Это деловой партнёр.
— Шестьдесят процентов у делового партнёра?
— Это технические детали—
— Па. — Серёжа говорил тихо. — Кто она?
Долгая пауза.
— Мы знакомы несколько лет, — сказал Евгений Павлович. — Это не то, что ты думаешь.
— Это именно то, что я думаю. — Серёжа встал. — Ты пришёл просить у моей жены триста тысяч рублей. Для компании, где шестьдесят процентов принадлежит твоей любовнице. — Пауза. — Мама знает?
— Серёжа—
— Мама знает?
— Нет.
Серёжа смотрел на отца.
— Деньги мы не дадим. Это Лена решила, и я с ней согласен. — Он взял со стола распечатку, убрал. — Про маму ты скажешь ей сам. Или скажу я. Но она узнает.
— Серёжа, это сложно—
— Я знаю, что сложно. Ты сам это сделал сложным.
Евгений Павлович ушёл.
Серёжа сидел на кухне и молчал долго.
— Ты всё это нашла ночью? — спросил он наконец.
— Да.
— Почему не разбудила сразу?
— Хотела сначала убедиться. Чтобы не ошибиться.
— Ты не ошиблась.
— Нет.
Он взял мою руку.
— Лена, прости. Что ты оказалась в этом.
— Ты не виноват.
— Он мой отец.
— Это он виноват. Не ты.
Тамаре Ивановне Серёжа рассказал сам. Поехал к родителям на следующий день, один. Вернулся через три часа — молчаливый, усталый.
— Как она? — спросила я.
— Сказала, что подозревала. Но не хотела знать. — Пауза. — Она сильная, моя мама. Просто привыкла делать вид.
— Что теперь?
— Они поговорят. Как — не знаю. Это их решение.
— Ты правильно сделал, что сказал ей.
— Мне кажется, она была почти рада. Что наконец кто-то сказал вслух.
Евгений Павлович позвонил мне через две недели. Я взяла трубку.
— Лена, я хочу объяснить—
— Евгений Павлович, объяснений не нужно. Вы пришли к нам с просьбой. Я проверила информацию и отказала. Это всё, что между нами произошло.
— Но семья—
— Семья — это Серёжа. И я. Остальное — вы будете решать с Тамарой Ивановной сами.
Молчание.
— Ты умная девочка, — сказал он наконец.
— Спасибо, — сказала я.
Положила трубку.
Серёжа стоял в дверях и смотрел на меня.
— «Умная девочка»?
— Именно.
— Что ты ответила?
— Поблагодарила.
Он засмеялся — коротко, облегчённо.
— Я рад, что женился на умной девочке.
— Я знаю, — сказала я.