Погода в тот день была под стать горю: низкое серое небо над Тверью, липкий, пронизывающий холод и тяжелый туман, который, казалось, прижимал людей к земле. Кате было всего двадцать два. Красавица, мамина радость, она уехала покорять столицу, а вернулась в закрытом гробу из темного полированного дерева.

— Мужики, навались! Раз, два... — скомандовал старший носильщик.

Гроб из тяжелого темного дерева даже не шелохнулся. Мужчины переглянулись. Похоронная команда была опытной, но сейчас их лица покраснели, а жилы на шеях вздулись так, будто они пытались поднять груженый самосвал.

— Да что это... — прохрипел один, вытирая пот со лба. — Он весит как будто там три человека. Валентина Ивановна, дочка-то у вас... худенькая была?

В толпе пошел шепот. Кто-то крестился, кто-то попятился назад. «Земля не принимает», — послышалось из задних рядов. Валентина Ивановна, до этого момента казавшаяся каменным изваянием, вдруг шагнула вперед. Холодный огонь в её глазах заставил мужчин замолчать.

— Гроб привезли запечатанным из московского морга, — глухо сказала она. — Я не видела дочь перед закрытием. Открывайте. Сейчас же.

— Не положено, Валентина Ивановна... документы... — замямлил распорядитель.

— Открывайте! — сорвалась на крик мать.

Один из мужчин достал гвоздодер. Раздался жуткий, протяжный скрип дерева. Крышка поддалась. Валентина Ивановна первая заглянула внутрь и тут же издала звук, похожий на сдавленный стон. Она медленно осела на руки родственников, а люди, стоявшие рядом, в ужасе отшатнулись от гроба. Под телом мирно лежащей девушки, скрытое тонким слоем атласной обивки, виднелось нечто, чего там не могло быть физически.

Валентина Ивановна смотрела в гроб, и земля уходила у неё из-под ног. Катя лежала в светлом платье, окруженная цветами, её лицо было спокойным и умиротворенным. Но внутренние стенки гроба казались странно высокими. Один из мужчин, преодолевая тошноту от резкого химического запаха, осторожно приподнял атласную обивку.

То, что скрывалось в «двойном дне», заставило всех присутствующих оцепенеть. Там, завернутое в плотный черный полиэтилен, лежало еще одно тело. Мужчина средних лет, бледный, с застывшим выражением ужаса на лице и характерной татуировкой на шее.

Полиция приехала быстро. Пока Валентину Ивановну отпаивали корвалолом в машине скорой помощи, следователи уже знали ответ. «Тайным пассажиром» оказался бухгалтер крупной строительной компании, пропавший в Москве неделю назад. Как выяснилось позже, он готовил документы для прокуратуры о хищении миллиардов на государственных подрядах.

Преступники решили «спрятать» свидетеля там, где его никто не догадается искать — в могиле чужого человека. Они воспользовались тем, что тело Кати перевозили частной службой доставки из Москвы. Посредники, получив огромную сумму наличными, просто подменили гроб на модель с двойным дном, надеясь, что в Твери никто не решится вскрывать запечатанную крышку.

Единственной ниточкой, за которую уцепилось следствие, стал частичный отпечаток перчатки на пластиковой упаковке. Этого хватило, чтобы выйти на поддельное похоронное агентство.

Катю похоронили на следующий день, уже одну. Валентина Ивановна долго стояла у холмика, глядя на серое небо. Она знала: её дочь всегда была за справедливость. И даже уходя, Катя не позволила свершиться злу, став последним свидетелем, который не дал преступникам похоронить правду вместе с собой.