— Съезжай за три дня. Квартира моя, стены мои, делить нечего.
Дмитрий стоял у окна, спиной ко мне, руки в карманах. Говорил так, будто обсуждал вывоз мусора. Я сидела на диване и смотрела на его затылок. Не вскакивала, не кричала. Молчала и считала про себя: итальянская плитка в ванной, немецкие радиаторы, кухня под заказ, паркет, который укладывали три недели.
— Ты серьёзно?
Он обернулся. Лицо спокойное, даже скучающее.
— Абсолютно. Дядя оставил мне квартиру до свадьбы, это моё добрачное имущество. Ты же бухгалтер, должна понимать.
Я поняла. Поняла ещё месяц назад, когда увидела на экране его телефона сообщение от Марины: "Жду тебя, котик". Поняла полгода назад, когда он перестал ночевать по пятницам.
— Хорошо, — сказала я.
Дмитрий прищурился, явно ожидая другого.
— Хорошо? И всё?
— Всё. Съеду.
Я встала, прошла мимо него на кухню. Достала минеральную воду, налила в стакан. Руки не дрожали.
— Ты в удивлении? — он стоял в дверном проёме с недоумением.
— Переживу.
Пятнадцать лет назад эта квартира была декорацией к фильму о девяностых. Линолеум, обои коричневые, батареи через раз. Я тогда работала главным бухгалтером, зарабатывала хорошо. Дмитрий был прорабом, но его деньги утекали неизвестно куда. Я не копала. Думала, так и надо: муж на текущее, жена на будущее.
Когда умер отец и оставил мне наследство, я вложила всё в эту трёшку. Дмитрий кивал, хвалил, обнимал: "Делай, ты у меня умница". Я делала. Полтора года ремонта. Каждый чек сохраняла, каждую квитанцию — просто так, по привычке бухгалтера.
Когда закончили, квартира преобразилась. Светлая, тёплая, красивая. Я выдохнула и подумала: теперь заживём.
Но через десять лет Дмитрий завёл интрижку с двадцатидвухлетней Мариной, которая восхищалась его "состоятельностью". А потом пришёл и сказал: "Съезжай".
Утром, когда Дмитрий ушёл на работу, я набрала номер Виктора. Он руководил бригадой демонтажников, мы пересекались по работе.
— Мне нужна бригада. Сегодня. Демонтаж, вывоз.
Он приехал через час с тремя рабочими. Я показала папку с чеками, объяснила коротко. Виктор присвистнул.
— Ольга Михайловна, вы серьёзно хотите всё это вынести?
— Всё, что куплено на мои деньги. До последнего выключателя.
Сначала сняли кухню. Фасады, технику, столешницу, мойку. Потом двери, люстры, кондиционеры. Демонтировали плитку в ванной, паркет. Вместо дорогих выключателей Виктор поставил копеечные. Вместо люстры — патрон с лампочкой.
К обеду квартира опустела. Голые стены, бетон, старые батареи. Ровно так, как пятнадцать лет назад.
— Вы уверены? — спросил Виктор напоследок.
— Абсолютно.
Дмитрий позвонил в семь вечера. Я сидела в машине во дворе.
— Ты что наделала?! Где кухня? Где двери? Ты с ума сошла?!
— Забрала своё. Всё, что ты видел последние пятнадцать лет, куплено на мои деньги. У меня чеки на каждую розетку.
— Ты не имела права! Это моя квартира!
— Стены твои, Дмитрий. Всё остальное было моё.
Он тяжело дышал в трубку.